Интуиция.

        - Есть ли хоть какая-то возможность поменять мою жизнь к лучшему? - спросил Ден сам себя и постарался прислушаться к тому, что творилось в душе. Где-то в глубине, на самом донышке блеснули призраки надежды и веры в себя.

        - Жизнь — АД! - ответил он сам себе и светлые призраки были поглощены темнотой...

       … Ветер выл и стонал на такой высоте, как старый раненый шакал. Ден стоял на самом краю крыши и смотрел в даль. Там, за кромкой горизонта в рваной ране облаков запекся багровый закат. День потух и остывал...

        «-У тебя ни ума, ни фантазии! - упрекала мать.- Почему такой тупой?! Как можно ходить в школу и каждый день приносить двойки? Ты растение? Тебя как будто навозом удобряли! Ничем не интересуется! Ни с кем не дружишь! В комнате бардак! Ни хочу такого сына! Хочу нормального! - продолжала она орать на сына.

-Так купи нового в магазине! — огрызнулся Ден»

        … Крыша высотки, плоская, с небольшим бортиком, с приземистыми верхушками лифтовых шахт, напоминала вымерший город с пустыми зданиями...

        «Тебя наверное в роддоме перепутали! - пытался шутить отец. -Иначе не пойму в кого ты такой… - Отец замялся подбирая слово.- Странный!»

       … Ден смотрел на эти шахты, на горизонт, на черные вены проводов, вслушивался в завывание ветра и думал о том, что за его спиной пропасть и всего один шаг назад положит конец этим мукам...

        «Слушай внимательно!- Одноклассница Ольга смотрела с нескрываемым презрением замешанным на брезгливости. - Не смей за мной ходить! Ты мне противен! Таких уродов ещё поискать! Понял?!»

        «Педсовет будет решать твою судьбу, а не я!- строго выговаривала директор школы. - Твое поведение, мягко говоря, эпатажное, не лезет ни в какие рамки! Окно разбил, урок сорвал! Оскорбил Галину Павловну! Физрука обматерил! Ты где находишься? Это школа, а не притон! Тюрьма потерпит такое, школа — нет!»

        Ден медленно поднял голову вверх к темнеющему небу, раскинул руки и, глубоко вздохнув, оттолкнулся носками от края, потерял равновесие и полетел вниз. В последний короткий миг он почувствовал, как его тело, встретившись с асфальтом, разбилось на тысячи раскаленных болью осколков и эти осколки опять упали в огонь. Потом всё стихло...

        - Молодой человек! Молодой человек! - его тормошил парень невысокого роста, среднего телосложения с приятным азиатским прищуром глаз и черным чубом над ними. - Очнулся? Хорошо! Следуй за мной.

        Ден вертел головой совершенно не понимая, что же случилось. Смутно вспомнилась серая крыша и багровый закат, и как мелькали окна высотки, и глухой звук удара, а потом ничего не вспоминалось.

        Длинный коридор с сотней дверей и раз в пять больше людей, чем дверей. Многоголосый монотонный гул людского разговора. Среди него чей-то тихий всхлип, где-то парный смех, но тоже приглушенный, радостный вскрик, гневный возглас. И ещё не один десяток выражения эмоций поглощался общим шумом.

        Парень, разбудивший Дена, шел быстрым шагом, ловко лавируя в толпе, периодически оглядываясь на своего подопечного. Ден старался не отставать от него, но то и дело налетал на людей. Те, кто взглядывали в лицо Дена вдруг хмурились или сердито фыркали, или брезгливо отворачивались, или каким-то иным способом выражали своё презрение к нему. Отчего Ден спотыкался и терял из виду своего провожатого.

        Но, вот парень остановился напротив какой-то двери, без номера и без пометки, только ему одному известной, открыл её и пригласительным жестом пропустил Дена впереди себя.

        - Тингж! - парень протянул руку Дену

        - Чего? - не понял тот

        - Моё имя - Тингж! - улыбнулся парень. - Тебя как назвали родители?

        - А это очень существенно? - Ден держал оборону на всякий случай.

        - Конечно! - ответил Тингж. - Родители создают нас и нарекают, а это всегда влияет на судьбу. Хотя, конечно, в твоем случае они немного просчитались или наоборот, это и была твоя судьба...

        - Ден! - Пожал руку, чтоб закончить непонятный разговор, а не из желания познакомиться. - А чего там люди злые такие?

        - Люди злые? - переспросил Тингж.

        - В коридоре все злые, смотрят на меня, как на врага народа! - пояснил Ден.

        - А ты как думал?! Ты сделал то, что запрещено, что строго наказывается. Не хвалить же тебя за это? - с укоризной ответил Тингж.

        Так ничего и не поняв Ден решил промолчать, отвел глаза в сторону и огляделся. Небольшая комната с невысоким потолком, больше напоминавшая монастырскую келью, с узким стрельчатым окном, по двум стенам от пола до самого потолка тянулись полки с книгами. Книги были самые разные: толстые, тонкие, новые, ветхие, в мягком переплете и в дорогих окладах, большие и маленькие, всех цветов и оттенков. Посередине комнаты был стол, возле него стоял табурет, обращая сидящего к окну, из которого лился ровный яркий свет.

        - Это что?- неопределенно махнув рукой в сторону спросил Ден.

        - Твоё рабочее место. - спокойно ответил Тингж.

        - Моё… что?!

        - Ты будешь работать интуицией. - Тингж бережно дотронулся до корешков книг на полке. - Это книги судеб людей. От момента рождения и до их смерти. Ты будешь их читать и, в тех местах где пропуски, дописывать необходимое.

        Тингж открыл одну из книг наугад, ближе к середине. Строчки состояли из самых разнообразных символов и букв. Тут были и восточные иероглифы, и арабская вязь, и славянские слова вперемешку со словами романских языков и какие-то ещё, незнакомые Дену. Но, чем дольше смотрел он на строки, тем отчетливее понимал их. Секунду спустя чтение не составляло труда.

        - Я это могу читать! Как? - удивился Ден.

        - Возможно ты помнишь, что когда-то Бог разделил язык, чтоб желавшие сделать себе имя не смогли достроить Вавилонскую башню до неба? - ответил Тингж. - А сейчас ты возвращаешься к тому, что было до неё. Ты на каком языке говорил, когда был живым?

        - На русском...- выдохнул Ден и покачнулся. - Я умер?

        - Да. Ты убил себя. - равнодушно ответил Тингж. - А я китаец и знал только китайский язык, и когда жил говорил только на нем. А сейчас мы с тобой общаемся на языке единого народа.

        - Я умер...- эхом самого себя повторил Ден. - Как мне вернуться?! Я могу вернуться?

        - Ну это вряд ли...- Тингж вздохнул и продолжил. - Человеку всегда дается выбор в ситуации, когда он может на неё повлиять, что-то изменить по своей воле. Даже в самых трудных, самых тяжелых обстоятельствах есть как минимум два варианта. В каждой книге судьбы есть недописанные строки. Ты будешь смотреть в душу человека и помогать принять правильное решение.

        - Я?! - воскликнул разозлившийся Ден.- Я даже в своей судьбе принял не самое правильное решение. Правда поздно понял это. А вершить чужие судьбы… Нет уж, извините. Брать на себя ответственность за тех, кого вообще не знаю и нести это бремя… Сколько? Вечность? Две вечности? Я отказываюсь!

        - Ты не можешь отказаться. - спокойно ответил Тингж. - Это твое наказание за …

        - Нет, нет, нет! - истерично кричал и мотал головой Ден. - Уж лучше ад!

        - Ада нет. - не повышая голоса проговорил Тингж. - У тебя есть выбор. Ты сможешь искупить свою вину или навсегда остаться с мыслью, что мог что-то изменить, но испугался.

        - Второе! Я выбираю второе! - поспешно сказал Ден.

        - Ты не знаешь, что хочешь выбрать. В заточении вечной неопределенности, ты будешь отчужден от всех и всего. Как в одиночной камере, ты останешься наедине со своими мыслями. Отчаяние, тоска, уныние и только они. Даже у Пандоры оставалась надежда, но у тебя её не будет.

        Ден опустил глаза и медленно кивнул несколько раз.

        - Хорошо! Очень рад, что ты не сделал вторую ошибку. - облегченно выдохнул Тингж. - Я расскажу тебе о книгах. Вероятно ты и сам мог догадаться, чем древнее книга, тем старше её человек. Чем больше в ней страниц, тем больше событий в жизни человека. Чем тверже переплет, тем сильнее духом человек.

        - А чем больше на ней золота и камней, тем человек богаче. - перебил его Ден.

        - Не угадал! - засмеялся Тингж. - Чем богаче украшения на книге, тем больше и богаче душа у человека. Тем щедрее его жизнь к нуждам окружающих, тем открытие он к добру и сердечнее его поступки.

        В этот момент дверь приоткрылась и появилось круглое лицо, сверху обрамленное густой шевелюрой смоляных волос, снизу бородой такой же густоты и цвета,. Черные пронизывающие глаза смотрели хитро и весело:

        - Ас-саляяму алеейкум! - поздоровался незнакомец. - Тингж, я тебя ищу!

        - Офарид, это Ден. Ден, это Офарид. - представил их друг другу Тингж.

        - Очень приятно! Насколько это может быть приятно в мире мертвых! Особенно в этой его части!- засмеялся Офарид и пожал руку. Он был полноватым, шустрым и всё время чуть посмеивался.

        - В какой его части? - уточнил Ден.

        - А в нашей! -отозвался собеседник. - Тех, кто сделал неправильный выбор и умер. Я умер от передозировки. Тингж от жадности! Он решил сам менять проводку в доме, но не знал как! - заливался смехом Офарид

        - Офарид! - рыкнул Тингж. - Перестань!

        - Да теперь уж что? - спросил он через смех и, повернувшись к Дену, продолжил. - Все пьяные водители, строители без касок, уснувшие машинисты, гонщики на мотоциклах, придурки, желавшие удивить крутыми роликами, ходящие по краям высоких зданий, катающиеся на крыше поезда покойнички. Не вернувшиеся покорители гор, безответственные дайверы, самонадеянные грибники. Те, кого номинированный на премию Дарвина посмертно тоже у нас. В общем всех и не перечислить!

        - И что они здесь делают? - насторожился Ден

        - Работают интуицией! - всё так же весело отвечал Офарид

        - Как можно доверять такую сложную работу тем, кто не справился со своей жизнью?! - вспылил Ден. - Я не могу понять! Почему нам, тем, кто бездарно и глупо погиб, кто нелепо и бездумно сделал последний шаг, доверяют судьбы тех, кто все же дорожит жизнью!
       Офарид и Тингж смотрели на Дена, как на ученика, которому надо повторить урок с самого начала, потому что он ничего не понял.

        - Потому что попадая сюда, к нам приходит понимание произошедшего и невозвратного. А с этим пониманием приходит и ответственность. Именно она предостерегает тебя от согласия работать интуицией. - начал говорить Тингж.

        - Тот опыт, что ты успел заработать будучи живым очень маленький. - продолжил Офарид уже не смеясь и очень серьезно. - Помогать тебе правильно подсказывать. какой шаг надо совершить, а от какого воздержаться, помогут сами живущие. Их книги судеб. Когда человек рождается, у нас появляется его книга судьбы.

        -А когда умирает? Не так как мы все здесь, я понимаю, а когда пришло время, или не по своей вине? - заинтересовался Ден.

        - Старые книги будут уходить в архив. - ответил Тангж. -И я советую начинать читать именно с них. Там больше жизненного опыта и мало пропущенных строк. Выбирай красивые книги, многостраничные, в дорогих обложках, в них больше мудрости, в них больше жизни, которой у тебя уже не будет. Но, не забывай и о тоненьких брошюрках в мягких переплетах. Они очень будут нуждаться в тебе.

        - Книги сами выберут тебя, согласно тому имени, которым ты наречен. Я — Офарид, что значит творение, созидание. Мои книги людей, связанных с искусством, нуждающиеся в подсказке для вдохновения или в созидании уже придуманного. Тангж означает: может суд быть мудрым. Его книги судеб всех тех, кто так или иначе связан с законом или с его нарушителями. А твое имя Ден… Не могу такого вспомнить.

        - Я -Данил.

        - «Божий суд» или «Бог есть судья» - проговорил Офарид. - Теперь понятно, почему тебя встретил Тангж. У вас много общих тем для судеб живущих. 

        - Каких например? - удивился Даниил.

        - Практически все кодексы, своды законов живых всей Земли можно уложить в 10 заповедей ниспосланных пророку Мусе, они же есть и в обетах бодхисаттвы, в Торе ещё много где, и в 7 смертных грехов христианства. — подмигнул Офарид.

        - И главное, ты должен быть убедительным и твердым, чтоб человек всё же услышал тебя. Услышал твою подсказку. - продолжил Тангж

        -А если я ошибусь? - Даниил умоляюще смотрел на обоих.

        Офарид похлопал его по плечу и вышел. Тангж направился было следом за ним, но уже на пороге обернулся и ответил:

        - Читай книги!

*****************************************************************

На этом бы и закончить. Но прочитав ещё раз, я подумала, что могут найтись те, кому сложно смириться с «sad ending». Для них, для людей любящих «нappy еnd», я и написала коротенькое продолжение.

*****************************************************************

        … С невообразимым грохотом книга упала на пол, увлекая за собой все, что лежало на краю стола: телефон, карандаши, ручки, линейку, тетради и пару учебников. Старинная библия, тяжелая, в деревянном переплете, найденная в бабушкином сундуке на чердаке давно нежилого дома, пропахшая нафталином, ладаном и ещё чем-то тонким, едва уловимым, отдаленно напоминавшим аромат палой листвы и старинных духов, выпала из рук. С спросонок Ден не сразу сообразил, что случилось. Сердце пойманной в силки птицей билось в груди, пальцы покалывали нервные иголочки, а глаза беспокойно искали всё то, что ещё долю секунду назад его окружало: узкое окно, стол, табурет и бесконечные полки с книгами. Но, ничего этого не было. Он сидел у себя дома, в своей неубранной комнате и читал. Читал и уснул.

        Открылась дверь, на пороге стояла заспанная мать:

        -Ну, совесть у тебя есть?! Второй час ночи! Мне завтра на работу!

        Сам того не ожидая от себя, Ден вскочил со стула и обнял маму.

        - Прости, мамочка! Я уже ложусь! Пожалуйста, ложись спать, я не буду больше шуметь! Как же я тебя люблю!

        Оторопелая мать, давно отвыкшая от взаимности с сыном, обняла его, крепко прижимая к сердцу:

        - Сыночек… - и заплакала.

        Из темноты комнаты родителей выплыл полуспящий отец:

        - Что такое? - спросил он строго.

        - Вот, обнимаемся. - сквозь слезы ответила мать.

        -В глухую полночь? Нашли время! - отозвался он сонным голосом. - Ну, хорошо, что нашли.
        И заключил их в свои объятия.