Снегурка.

Из цикла "Дорога"

Снегурка.

                                                                                           приблизительно 1969-70 гг
Уже которую  неделю мороз беспощадно терзал маленький полустанок среди сопок. Сосновка затаилась, притихла. Собаки сидели по будкам, изредка глухо взлаивая, а к ночи просились в дом. Хозяева забирали их в сени или пускали в тепляки. Снега было мало, животные в будках мерзли. В коровниках зато тепло и вонько. Шумно вздыхали коровы и шуршали в сене мыши. Звонко и весело гудели только только рельсы, большой дугой прорезая долину и деля ее на две части -  деревню и залив.  Все остальное было покрыто инеем: перила железнодорожного моста, шпалы, знаки остановочного пункта, деревья и придорожные кусты.

Вот и сегодня, столбик термометра за окном опустился ниже сорока. Над каждым домом в деревне стояли белые столбы дыма, расширяющиеся кверху, подпирали морозное небо. Крыши синели в подступающих сумерках, дома жались к склону горы, но за каждым замерзшим окошком было тепло, уютно и пахло домашними пирогами, жареной рыбой и борщом. Ну вот как у нас. Но я не радовалась. Сегодня из-за мороза меня не пустили к линии, встречать дядю Витю. Я обиженно сопела за занавеской в закутке, гладила кошку, которая под шумок забралась ко мне. А в доме суетились, гостя очень ждали. 

Виктор - младший сын бабушки, мамин брат и соответственно мой любимый дядька. А как иначе? Это он привозил мне конфеты из поездок, чуднЫе печенья, как цветочки,  и иногда игрушки или книжки. Он носил меня на плечах, когда я уставала, и он рассказывал смешные и страшные истории, называя их фильмами. А главное, он водил тепловозы. Я знала,  когда он будет ехать  мимо Сосновки и бегала встречать его на косогор. Сидела и смотрела на залив, мне нравилось там, никогда не надоедало. А когда из-за скал показывался тепловоз, то вскакивала  , если это был Виктор, то он приветствовал меня тремя короткими гудками. Это было так здорово… И можно  радостно бежать домой.

Витя - бабушкин любимчик. Она ворчала и ругала его, когда было за что, но ее круглое лицо лучилось добротой и тревогой, а глаза любовью. Никто не считал, что это неправильно, его все очень любили. Бабушка никогда никого из своих детей не выделяла словами и подарками. Каждый получал именно то, что в данный момент ему было нужно. Но все знали - Витька ее отрада, надежда. Старший сын Александр с семьей в Иркутске, а Дуська с Катькой - девки. Что с них взять? Катька - невеста, вот-вот улетит из дома, а у Дуськи уже муж и Ленка. Но сегодня все должны были собраться вместе, редкий случай.

   В закутке при полутьме и ровном тепле от печи я и сама не заметила, как задремала. И уже без меня мама с Катей раскатали длинные домотканые половики, выдвинули стол на середину, а из подпола на стол пришли круглые тяжелые горшки и туески с огурцами, рыжиками, груздями и брусникой. Поплыл запах укропа, жареной картошки. Ароматы меня и разбудили, захотелось есть. Дед Данила сидел у окна, на краешке стола пытаясь скрутить одной рукой папироску с доморощенным табаком. Бабушка глянула, поджала губы:
-Данила! Ну что тебе смолить-то приспичило? Сейчас в доме проветрЯть- только тепло терять. Ишшо успеешь. Дед крякнул, убрал кисет. Ответить не успел… Я прислушивалась к разговору, быстро натягивая носки, спихнула с кровати кошку и щурясь на свет вышла из закутка. И тут открылась дверь. 

  С клубами морозного пара в избу ввалился Витя, загруженный сумками, а следом за ним девушка в белом пальто, закутанная в шаль, с кроличьей муфточкой на ремне. Она робко вошла, сняла с головы шаль, оставив ее на плечах и тонкую вязаную шапочку. Ничего себе! Все молчали. 
Незнакомка нервно взглянула на Виктора, комкая шапку красными от холода пальцами, переступила с ноги на ногу. А мы все просто смотрели на ее длинные белые волосы. Все это выглядело совершенно удивительно среди зимы - белое пальто, муфта как у принцессы, ее ботинки с пуговицами, а главное  ее чудесные белые волосы. Я никогда не видела ничего подобного. Даже не знала, что такие бывают. Витя бросил сумки у порога, шагнул к матери, обнял ее, поцеловал и сразу выпалил:
-Мама, это Люба. Ей нужна помощь, кажется, она немного больна. Помоги ей, пожалуйста, ей некуда больше пойти. 
Бабушка подошла к Любе:
-Ну здравствуй, девонька. Люба, значит? А я Федосья Прокопьевна, хозяйка, тетя Феня можно. 
-Пойдем-ка, поговорим. 
И они ушли за перегородку. Я слышала тихий разговор, но ничего не поняла. Потом хлопнула крышка сундука, ага, значит бабушка полезла доставать чистое. Потом бабушка послала Витю затопить баню и позвала всех за стол. Виктор вскоре вернулся, вытряхивая кусочки коры из волос и радостно улыбаясь, сообщил, что у него осталось три месяца учебы и тогда он уже машинист тепловоза, а не первый помощник. Но еще нужно сдать экзамен в Чите. 
-Вот и хорошо! Ты уж постарайся, сын, учись как следовает, - подал голос дед Данила. 
-Ну папка, я ж не маленький, понимаю... 

 Редко вот так удавалось собраться,  и то еще не приехал дядя Саша, да папа где-то был еще в пути. Раньше было так, ни телефонов, ни возможности лишний раз связаться. И гость всегда был как снег на голову, даже если его и ждали, никогда точно не знали день приезда. Если только заранее не приходила долгожданная телеграмма: " Ждите тридцатого тчк самолетом папа". Потом все ели, обменивались новостями, задавали вопросы, шутили. Но то и дело с любопытством смотрели на Любу. Она смущалась, мало ела, сидела опустив глаза. Вспыхнула, как маков цвет, когда подвыпивший  Данила громко шептал бабушке:
-А Витька-то Снегурку привез!

… Доподлинно так никто и не узнал, кто такая была эта Люба, возможно, даже Витя не знал. Но что-то мне подсказывает, что знал, поэтому и привез ее домой. Выбора, видно,  не было. Он обещал молчать и молчал всегда, всю жизнь. А фамилию ее ничья память не сохранила. Так и осталась она Любой-Снегуркой. Где, на какой станции  подобрал он эту замерзающую девушку необычной внешности, одетую  не по погоде и привез домой в кабине тепловоза? Это тоже осталось тайной. Одно ясно, она была в отчаянном положении. Без вещей, без денег. А он всегда был человеком с огромным сердцем.   Позже Катя ездила на работу, потом они с мамой шептались, когда думали, что я сплю. И Катя говорила, что эта моль шарахалась по поездам с мужиками аж с самой осени, глянь, мол, одежка-то на ней с запада, да не по сезону. Проводники ей говорили, что она точно «из этих» они заприметили, уж больно наружность приметная. Катя у нас злющая бывает, да и Люба ей не глянулась.
Но это могло быть правдой. Кто давно живет у дороги, тот на многое насмотрелся. Беспокойный народ с запада частенько наезжал в наши края. Да не всякий тут к месту был. Больше кто ехал-то? Тот кто на месте не пригодился… Либо прятался от чего-то, может от милиции, может от алиментов. Мужчин ведь не только романтика и поиски заработков  с мест снимают… Но были очень интересные, очень запоминающиеся люди. Вот те свое место находили! Как начальник депо - так бывший летчик. Как руководитель прииска - так бывший военный, рано комиссованный.
Девушки и женщины тоже попадались среди приезжих. Совсем не обязательно простигосподи. Приезжали работать, или просто меняли свою жизнь, которая не сложилась по каким-то причинам, ехали за женихами, которые перестали писать с заработков, искали их, а потом и сами оставались в артелях, или на шпаловом заводе, или шли на дорогу работать, кто проводником, кто обходчиком. А самые отчаянные просто пускались в одиночный путь, искали свою Судьбу. Кто-то нашел, а кто-то сгинул. Сибирь забайкальская очень жесткая земля, к чужакам не ласковая. Не знают они, что с ней не шутят, не слушают бывалых, на том и пропадают. Нужно обладать характером и немалой долей везения, чтобы прижиться. Встретились мне необычные люди здесь. Я о них обязательно напишу в другой раз. 
 С того памятного вечера за общим столом Люба сильно заболела. Из бани ее уже на руках принесли. Месяц она лежала в жестокой горячке. Иногда стонала от боли, согнувшись пополам, прижав колени к груди и бредила. Врача звали, без этого было не обойтись, дед за ним в Хилок лошадь запрягал, лекарства привозили,  но более всего бабушка с ней возилась. Вздыхала и хмурилась, боялась, что Люба умрет или останется калекой. Все было плохо. «Застуженная она, от пяток до самой шеи. Больна по-женски, моча сама не отходит… Погубим девку, что делать будем? »  Неведомые слова были непонятно тревожны. Бабушка кратко и честно говорила все Виктору, просила отвезти больную в Хилок, в районную больницу. Он приезжал после поездок, сидел у постели больной, во всем помогал, таскал воду, топил печи и баню. Люба едва его узнавала, а узнав отворачивалась к стене, стыдилась немощи и своего состояния. Без конца грели воду, стирали, цедили отвары, калили соль, меняли постели, мазали больную медвежьим жиром и спиртом, поили ореховым молоком. Отпоили, отвоевали.
Люба стала прозрачная просто, но она пошла на поправку. Когда стало ясно, что она выздоравливает, прокурили избу в течении дня, помыли полы до бела и снова поменяли постели. Бабушка сама толкла можжевеловые ягоды, листья руты, еще какие-то корешки, строгала душистую щепу и подсыпала ее на угли, закрыв заслонку. Дымок  не находя выхода в печи, постепенно заполнял дом, поднимался к потолку, очищал каждый уголок и выходил в открытую дверь. Унося плохой воздух, запахи, болезнь и воспоминания о ней. 
  Бабушка и Катя водили Любу по дому под руки, заставляя ходить до пота. Я играла сама, смотрела журналы с картинками, читала деду газеты по слогам или смотрела как он готовит косы, ремонтирует грабли к покосу, неловко прижимает их, орудуя одной рукой. Помогала, подавала упавший оселок или молоток нужного размера. На меня особо не обращали внимания, много дел накопилось, пока Люба болела. До тепла нужно было переделать все. 
   Когда Люба поправилась, они  сидели с Виктором на сундуке в углу и подолгу шептались, она тихонько смеялась, меня тревожил этот смех, становилось грустно и хотелось уйти скорее во двор. Бабушка тоже сердито вздыхала и молча вязала. Потом Витя уезжал на работу, мама и Катя тоже уехали. Дед через день охотился или проверял капканы. И мы часто оставались втроем. 
   У бабушки и без больной гостьи была масса хлопот с хозяйством и скотиной. Когда я ложилась, она только приходила  с вечерней дойки с парным молоком. Когда я вставала, дома уже пахло пирогами или блинами и весело гудела печь, пожирая сухие дрова, булькая чугунами. Мои дела были простыми: кур покормить да пересчитать, собрать свежие яички, да проверить, нет ли подкопов в курятник снаружи. Обходила постройки, изучала ночные следы. У собак и щенков всегда должна быть свежая вода, это моя забота тоже. А вот кормил их только дед. Ну картошку почистить, капусту нарезать, это я уже умела. Люба начала помогать где мне, а где бабушке. Многое ей было не по силам, но и сидеть без дела тоже не сидела. К коровам и большим свиньям мне без бабушки было запрещено ходить. Я нарушала запрет, конечно. Но и животных побаивалась, понимала где опасность. Доить коров ходили вместе. Зорька наша, умная и спокойная, лучшая дойная корова всех времен, как оказалось потом, меня еще терпела. Обернется, вздохнет, но молоко отдаст. Я почти всегда могла ее подоить без потерь. А вот молодая, но уже раздоенная Марта могла и ногой поддать по подойнику, охотно съев до этого угощение). Помощница была из Любы плохая. Коровы ни в какую не принимали еще одну хозяйку. Вспоминаю, что когда Марта в очередной раз боднет Любу в стойле, та с визгом выскочит из коровника, бабушка приходит и задумчиво бормочет, похлопывает корову по боку, успокаивая: «Ну-ка падла, стой смирно. Ты чаво творишь, моя?  А у Любки глаз-то червивый, не смотри что светлый...»  За ужином я во все глаза смотрела на Любу, ни разу червяков не увидела. 
   Так вот в коровник та и перестала ходить постепенно. Все больше по дому, да по кухне. За водой ходила с моими ведерками, они поменьше. Бабушка дала Любе одежду: теплые рейтузы, кофту, сарафан, фартук и валенки отрезанные, чтобы ноги не морозить. Пол и в избе холодный, тянет из подполья, несмотря на горячую печь. А для улицы Витя привез ей белые, расшитые бисером и кусочками меха унты от бурятских мастеров. Я поглядывала на свои валенки и думала, что когда вырасту, то тоже такие куплю. Катя сказала, что это унты для невесты. В меру своих сил Люба стала помогать бабушке. Та ее не неволила, отдыхать отпускала часто. Научила варить похлебку, ставить тесто на хлеб и на пироги. Печь топить не позволяла, а смотреть - пожалуйста. Не спеша рассказывала о жизни. Было тепло, уютно, тихо потрескивали дрова, бабушка негромко рассказывала. Слово за слово, как шерстяная нитка с иголки на иголку… Мне было привычно, то, что говорила бабушка, я это знала.
Что  сейчас зима, для нас легкое время, отдых. ( Люба в ужасе роняла нож в чан с картошкой), но бабушка не замечала этого. Зимой мы успеваем выспаться, к родне съездить на пару дней, носков навязать, валенок навалять, пошить что надо. Упряжь надо починить, инструменты и телеги к покосу. Но это уж дед под сараем сам делает, наша помощь ему мало нужна. Видишь, он и сейчас деготь топит, будет колеса смазывать. А завтра на лед пойдет, на рыбалку, рыба ход даст со дня на день. Солить будем. Может и Виктор приедет, обещался. Сети вязать надо, новых нет, а старые починки требуют. 
А вот весна будет шибко суетная. Порой не знаешь, за что хвататься. Скотина будет телиться. За семенами в лесничество дед уедет. Одни будем долго. Картошку поднимем из подпола, да разберем семенную, пересмотрим. На белый свет ее надо, пусть просыпается. Долго  говорили, да и не только о делах. О том как раньше в деревнях народу было много, да война проредила, многие в город подались. А бывало на посиделках не протолкнешься, народу - по лавкам не рассадишь. Из избы в избу ходили, девки с парнями переглядывались, да за веретенами следили. У кого мастерства больше… Потом про лето речь заходила. Я про лето больше всего любила слушать. И знала, что самое интересное и трудное - это покос. И что скотину мы пасем по четыре дня, ведь у нас четыре головы крупного рогатого скота. А сколько их, столько хозяева и пасут деревенское стадо по очереди, пастуха у нас нет. Но главная радость лета для меня это лес. Его дары и тайны. Это моя самая большая радость и достойно отдельного рассказа.
Но у бабушки свой взгляд  на летние лесные дела. Она лишь сказала Любе, что днем мы ягоды и грибы собираем, а ночью перерабатываем. Не каждый год тайга людей порадует ягодами, если есть - надо брать, сколь успеваешь. На следующий год может и не быть, тогда запасы выручат. Люба слушала ее со вниманием и испугом, иногда закусив губу смотрела на огонь в печи и думала о чем-то… Любила она у печи посидеть, прислонив спину к ее большому теплому боку. 
Дед посмеивался и говорил:
-Не пужайся, птичка. Все привыкли и ты привыкнешь! Витька здесь душой прикипел, его это заботы. Ежели свадьбу сыграем, то и твой дом будет. Федосье давно помощница нужна. Всё наше, трудами взятое. Но мы  старые стали, слабеем, я вот уже и нитку не вижу… Бабушка молчала, Люба опускала глаза, вдевая деду нитки в иголки. А мне это уже надоело. Люба да Люба. А я как же, не помощница что ли?
В конце мая посадили картошку. Весна была дружная, ранняя. Виктор уехал в Читу, на экзамены сразу после майских,  и ждали мы его со дня на день. Однажды я зашла с улицы в избу и поняла, что происходит что-то необычное. Люба с бабушкой сидели за столом, а у двери стоял большой баул из брезента. Я сначала обрадовалась, подумала что кто-то приехал. А нет… Любка куда-то собралась. Она была в своих ботиночках, в пальто и шапочке с шалью. Такая,  как приехала, я точно помню. Видать она все уже сказала, держала бабушкину руку в своих птичьих лапках и умоляюще смотрела на нее. На меня они даже не обратили внимание. Бабушка молчала, а потом сказала:
-Раз ты так решила, то воля твоя, Люба. Но негоже молча уезжать. Свое решение ты ему должна сама сказать. Чтоб обид не было и мысли тяжелые душу не гнули. Как бы беда не приключилась. 
Люба плакала и трясла головой:
-Не могу я! Не могу! Я тогда не уеду! Но я решила. Домой я вернусь… А Витя поймет, я все ему написала. Она дала бабушке какой-то пакет, завернутый в газету. Бабушка задумчиво убрала его в карман фартука. 
  Дед отвез Любу к поезду прямо в Хилок. Дальние поезда идущие на запад в Сосновке не останавливались. Купил ей билет, посадил на поезд, деньги на дорогу  бабушка еще раньше  дала и велела разложить на две части. Одну убрать за пазуху, подальше от глаз. Да при людях ее не показывать. Дед затемно вернулся домой и полез на печь спать. Все подаренные вещи Люба увезла с собой, а что осталось, бабушка прибрала с глаз. Я слонялась из угла в угол, всё как-то внезапно поменялось и мне было грустно, прям глаза щипало… Больше мы никогда и ничего о ней не слышали. 
-Мама! Ты что, ее выгнала?! - спустя несколько дней Виктор приехал и узнал эти новости. 
-Сынок… нет. Ну что ты. Она сама поняла, что не ее это жизнь. Домой решила вернуться. Пережила зиму, передумала, время было. Я ей ничего не советовала, моя, да и не спрашивала она у меня. Да ты сам подумай, рассуди. Куда ей наши труды? Помощница из нее никакая тебе. Только сгубишь девку. Не приспособлена она для деревенского труда, да для наших морозов. Красота есть, а окромя нее ничего нет...
  Грохнув дверью, Виктор ушел. Вечером с дедом они пили самогон, смеялись и пели песни. Закусывали  солониной с салом и горячей жареной картошкой прямо из печи. Бабушка за ужином вместе с ними выпила свою крохотную рюмочку. Это бывало крайне редко, не уважала она алкоголь. Я втихаря обмакнула палец в рюмке деда и облизала. Тьфу. Это невкусно... 
Засыпая на сундуке за печкой я обнимала кошку и слышала, как храпит дед и тихонько молится бабушка: «Пресвятая богородица, дева радуйся… спаси и сохрани… оборони от горьких мыслей, спаси и сохрани,… прости душу грешную… наставь на путь истинный… аминь».
  Сестры подшучивали над братом бывало, вспоминая Снегурку. Но быстро перестали, поняв, что это приносит боль. А мне бабушка строго наказала:" Не напоминай! Не тревожь. Поняла?" Я поняла.
  Спустя годы я поняла и другое, более важное, какой терпеливой и широкой душой обладала моя бабушка Феня. Приютив, приняв в дом девушку неизвестно какого рода, племени и поведения,  как невесту своего сына. Лечила и жалела, учила и готовила к жизни. В том, что Люба поняла - ей такая жизнь не нужна,  была большая для всех благодать, наверно. Время дало возможность понять, что благодарность за спасение это еще не любовь, не повод делать непоправимые ошибки. Бабушка дала ей это время.  Не слушала сплетни, не обращала внимание на колкости и любопытство досужих соседок. Неизвестно, как бы все закончилось, если бы она сразу пошла молодым наперекор... 
 
+20
15:05
276
+4
Наталия Саратов Наталия Саратов 16:06 #

Милена, это же из жизни история? О твоей семье? Очень жду продолжения.

+2
lana_rostov lana_rostov 20:20 #

а у Дуськи уже муж и Ленка

Конечно, Ленка то наша! 

+1
Милена Милена 20:22 #

Да. 

+5
Фея Фея 16:15 #

Воспоминания из детства всегда интересны, а особенно, когда от лица автора-ребенка.

+3
Тина Тина 16:25 #

Аха! У меня таких полно - когда к бабушке с дедушкой съезжались их дети с семьями. Сейчас не буду… Потом, может, после продолжения повествования и комментов.

+1
Хельга Хельга 16:27 #

Зима скоро.

0
Милена Милена 20:23 #

Ага. Зима близко))

+4
Valentina Valentina 17:08 #

Спасибо Милена! Очень понравился рассказ. Жду продолжения. 

+6
Леди Веснушка Леди Веснушка 17:44 #

Как хорошо написано. Прямо всё представила.

+3
Тина Тина 17:54 #

Аха! Заинтриговала...

+4
Елена Елена 19:21 #

Ярко всё представила… жду продолжения

+2
Милена Милена 19:43 #

Мне понадобилось срочно уехать по делам, поэтому сразу не сообразила, что нужно оставить комментарии заготовки под добавление текста… Так что понять и простить)) ©.

Тем, кто захочет прочесть историю можно открыть добавленный спойлер в конце текста в теме. 

0
Тина Тина 19:50 #

Не видю… иде спойлер?

0
Милена Милена 19:59 #

Вот,  разместила. 

+2
Милена Милена 19:59 #

Спасибо, девчата, за такие теплые слова и рада, что заинтересовались. Продолжение есть))

+2
Фея Фея 20:29 #

Дааа, мудрая бабушка Феня… А у Виктора как дальше жизнь сложилась?

+6
Милена Милена 20:48 #

Сложилась хорошо. Женился через пару лет. Жену Любовью звали)) Но полная внешняя противоположность Снегурке. Прожил с женой до самой смерти. Семья не хуже других, но всякое бывало. 

+2
Тина Тина 20:21 #

Трогательно. Да, бабушка мудрая женщина, сердобольная, но и перспективу видела и правильно оценила… Красоту-снегурочку в красный угол не посадишь для любования… Виктора жаль, конечно....

+3
lana_rostov lana_rostov 20:21 #

Замечательно написано! 

Картина маслом! 

+1
Милена Милена 20:48 #

Спасибо, Лана. 

+12
Милена Милена 20:26 #

Изображение

Изображение

Изображение

Фотографии тех лет. 

+1
Елена Елена 20:38 #

Сразу видно мамочкин любимчик… такой добродушный, спокойный.Муж мой был тоже мамочкиным любимчиком.

+3
Милена Милена 20:49 #

Он был очень добрым, очень. Но не мягким, как пластилин. 

0
Викторыч Викторыч 20:29 #

Очень тяжело читать «кирпич»… *смайлик вздохнул...

0
Милена Милена 20:37 #

Как сделать не кирпич? Вроде красная строка есть, абзацы выделила..

0
Викторыч Викторыч 20:40 #

С отбивкой было бы полегче читать. Тогда и красную строку не обязательно делать. *впрочем, это я придираюсь, перфекционист проснулся… )

0
Милена Милена 20:45 #

Ну я попробовала… что-то не очень, мне кажется. Или так лучше?

0
Викторыч Викторыч 20:47 #

Лучше, кмк, только через один Enter, а не два… )

+1
Милена Милена 21:08 #

Пыталась редактировать. Спойлер редактируется иначе. Я заманалась. Отступ то большой, то слишком маленький. Без спойлера у меня один интер… И,  видимо, имеет значение размер шрифта, что я вставляю, что ли… Короче, бросила эту затею. 

0
Викторыч Викторыч 21:11 #

Один, потому что я поправил там, где их было два. В спойлере да, уже не сделать отбивку… Да ладно, не парьтесь (и так нормально).

0
Милена Милена 21:13 #

Ок.

+9
Милена Милена 20:32 #

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

0
Тина Тина 20:46 #

Милена, вы с бабушкой одно лицо… ну, мне так показалось..)))

+4
Милена Милена 20:50 #

Наверняка, какие-то черты есть. Я и с мамой общее стала находить с возрастом, хотя я очень похожа на отца и его мать. Как говорили «Их порода»)

+5
Тина Тина 20:56 #

У меня тоже такая странность наблюдалась… Меня всегда уверяли, что я на отца похожа… их порода… А было мне лет 40… так получилось, что мне немножко пришлось поработать в организации, где много лет мама работала… захожу как-то в бухгалтерию, а работницы и ахнули… говорят, всем, кто маму знал, показалось, что это она вошла… И в голосе своем я её интонации слышала, и сутулюсь я, как мама....

+6
lana_rostov lana_rostov 20:47 #

Дочитала. 

Спасибо, что поделилась, Миленушка! 

Как бывают мудры и благородны самые простые люди! 

Вспомнили всё добрым словом о твоей бабушке Фене! 

Счастья ей в следующей жизни! 

+4
Милена Милена 20:55 #

Не даром вспомнила я о ней. Именно в этих числах, в самом начале сентября  я и вылетела из  гнезда много лет назад. Уехала с родителями в Калининград, мне в школу пора было...

+5
Мышььь Мышььь 21:14 #

Чудесный рассказ, Милена. На одном дыхании прочла. Большое счастье иметь ТАКУЮ бабушку. Всё в нас в детстве закладывается. И закладывается поступками. Поступками окружающих… Мы и сами потом, порой, многого не помним. Хотя, бывает, и всплывает из глубин пи определенных обстоятельствах.  А след остается… Глубокий след. Порой, определяющий дальнейшую жизнь.

0
Милена Милена 21:18 #

Спасибо. 

+4
Татьяна Татьяна 05:06 #

Какой замечательный рассказ! И как написано! Читается на одном дыхании!

И бабушка, какой добрый человек! Я свою вспомнила....

+1
Милена Милена 10:17 #

Спасибо, Татьяна, что прочли и оценили. 

+4
Елена Елена 08:19 #

Рассказ и правда читается на одном дыхании. А потом сразу вспоминаешь своё детство. Такое чувство, что наши бабушки очень многие были мудрые, часто малограмотные. Моя жизнь сложилась так, что я прожила с бабушкой до замужества. И потом уже с мужем все выходные мы были у нее. Бабули нет уже 35 лет, а я каждый день вспоминаю ее ни один раз. Только уже спустя годы поняла--сколько же житейского опыта ненавязчиво было передано.

+4
Милена Милена 10:21 #

Удивительна эта их житейская мудрость после нескольких лет школы. Распрашивала бабушку, как учились, сколько лет учились. А она говорила, у всех у нас было класса по четыре, а то и меньше. Некогда было учиться! У всех хозяйства, этим и жили. Денег не было… Научились писать, читать и считать и всё, достаточно. Но кто-то и выучивался, шел дальше. Обычно родители видели, что ребенку НАДО учиться… Старались дать возможность. Не препятствовали. И вот что интересно, обо всем наши бабушки имели свои суждения, свое четкое представление и давали очень нужные, важные советы. Именно ненавязчиво, но навсегда..

+4
Валентина Валентина 09:33 #

Читая такие повествования, в душе разливается нежное-нежное тепло и воспоминания из детства - прибежим с сестрой к бабушке (мамина мама), жила через несколько улиц от нас. а ее дома нет, стоим, озираемся, где то должны ее увидеть. Под горой магазин, увидев нас, а мы ее, машет нам рукой, мол иду я, иду. Прекрасное время.

+3
Милена Милена 10:23 #

Сегодня приснилось, как мы на телеге на покос едем… Конь оводов хвостом отгоняет, может и нам попасть случайно хлесткий удар,  а мы хохочем… дедушка улыбается) Наверно где-то в подсознании эти мысли и воспоминания всколыхнулись после рассказа)) вспомнила то, что давным-давно не вспоминала. 

+4
Венера Венера 09:45 #

Доброе утро всем. Милена прочитала на одном дыхании--Спасибо.очень дорогого стоят эти воспоминания. Моя бабушка тоже была мудрой и любила всех своих внуков. а дочери до последнего помогала.   Многое могла бы рассказать о ней но какое то есть терзание по поводу моих детей. Интересно а какое детство вспоминают они---как ехали верхом на свиноматке кг. под триста на артезиан… или как уснули в кукурузе и все телята разбежались… или как мы ехали на мотоцикле в лесополосу за листом шелковицы для шелкопряда… многое наверное они вспоминают. По прошествии стольких лет мне вообще кажется  --а было ли это всё. Время летит стремглав и теперь они сами строят детство своим детям… а своё детство вспоминают со смехом--весело было и интересно… Спасибо за Ваши воспоминания.

+4
Милена Милена 10:26 #

Спасибо за теплые слова, Венера. Мы с мамой пересматривали много фотографий этим летом. Она глядя на каждую, что-то вспоминала. А я даже записывала потом некоторые моменты, сама уже боюсь забыть даты и имена. Но многих уж нет, уходят старшие поколения..

+5
Санакунэ Джюкел Санакунэ Джюкел 10:16 #

Бабушки, они такие… Моя и за маму и за папу мне была. Ещё дедушка был, но он скорее боевым товарищем считался.) Бабуля до 100 немного не дожила, хотя курила до последнего вздоха. Прапраправнука дожидалась. Когда его увидела, улыбнулась, папироску докурила и тихо ушла.( 

+5
Санакунэ Джюкел Санакунэ Джюкел 10:23 #

Благодарю за рассказ! Всколыхнуло...

+4
Милена Милена 10:27 #

Хорошо пожила бабушка, многие лета… А наша бабушка увидела только одну правнучку, мою дочь. Остальные позже появились… уже без нее. Но наработались наши бабушки невозможно много...

+6
Наталия Саратов Наталия Саратов 13:56 #

Милена, со вчерашнего вечера всё думаю об этой истории. Не отпускает...

Как хорошо, что девушка не осталась, не испортила жизнь себе, Виктору, бабушке… И особенно много я думаю о бабушке. Так ювелирно, мудро разрулить эту ситуацию… спасла, выходила и отпустила, сначала показав аккуратно, что ждет здесь… дала возможность Любе самой убедиться, что это не ее жизнь… И всё - с пониманием, без осуждения… то ли психолог от Бога, то ли вера в Бога давала такую мудрость и доброту… то ли всё вместе....

Спасибо за рассказ!

+4
Милена Милена 20:58 #

Я всегда поражалась, насколько люди могут быть добрыми к другим людям. Вот сейчас все о какой-то толерантности говорят… Ну, назовем это терпимостью к другим людям. Вот тогда она была. А сейчас ее нет. Потому что внесли в мозги людям вирус, под названием «Я особенный, я имею право..» Боком это выходит..

Когда бабушка была молодой, там, поблизости от Сосновки был лагерь военнопленных японских. Они долго там работали. Сильно голодали, их все бросили и охрана их объедала, да и голодно было всем. Они свободно ходили, только ночевали там, никто не следил особо. Бежать было некуда… Ждали, что правительство что-то решит, а никто ничего не решал. Ходили по дворам, работы просили, за еду. И бабушка просто что-то давала, работники из них никакие, скелеты одни. И не только она… Там большое кладбище японское осталось. А мало кто уехал все-таки, выжили, благодаря милосердию людскому. И многие годы они приезжали на кладбище это, с родственниками. Пока все не умерли - ездили. И кланялись жителям деревни. К каждому дому подходили, даже если он уже был не жилой и кланялись низко. 

+3
Cristalle Cristalle 14:16 #

И я хочу поблагодарить Милену за рассказ о своих родных, о мудрости бабушки, тоже думаю над этим рассказом. А сами люди, бабушки, дедушки, жизнь их так похожа на жизнь моих родных. Это так ценно, не только держать в памяти, но и рассказать другим.

+3
Милена Милена 20:59 #

Последнее время я понимаю, что нужно записывать важные вещи. Глядя как старые люди забывают многое, я знаю, что и меня это ждет. Не знаю, может кто-то еще прочтет. Дочь прочтет. 

+3
Алена Алена 03:12 #

Последнее время я понимаю, что нужно записывать важные вещи. Глядя как старые люди забывают многое, я знаю, что и меня это ждет. Не знаю, может кто-то еще прочтет. Дочь прочтет. - обязательно надо записывать, у нас больше всего помнит сестра, старшая всетки… кто бы ее сподвиг

+2
Алена Алена 15:46 #

Как в свое детство окунулась, спасибо, Милена… бабушку мою тоже звали Федосья, Прохоровна только, а без руки был отец..

+1
Милена Милена 20:59 #

Спасибо за добрые слова, за отзыв, Алена. 

+4
Татьяна Татьяна 19:56 #

И какая доброта-настоящая...

 Если так посмотреть, сын привел неизвестно кого, бросил на мать, и поехал работать. А мать крутись-вертись, лечи/выхаживай. И ведь даже слова не сказала, выходила, не обидела..

+4
Милена Милена 21:01 #

Вот я всегда думаю, а могла бы я так? И отвечаю честно себе - вряд ли… Если только другого выхода бы не было, тогда да, а так - я бы не смогла… Мне жаль, но это правда. 

+4
Тина Тина 21:04 #

Парадокс - жизнь наша стала легче, а души жестче...

+1
Татьяна Татьяна 21:18 #

Вот и я про тоже: А смогла бы я также? Не знаю.

+2
Тина Тина 21:02 #

Нет, не бросил… в свой дом привел, где, знал наверное, не оставят в беде девушку… помогут… И куда бы он её в ином случае привел?

+4
Милена Милена 21:07 #

И некуда привести, и в больницу она не хотела, по-моему. В рассказе это не отражено, но у всех было понимание, что ей нужно отсидеться где-то. Что-то случилось… Но так и осталось всё тайной. 

Еще от автора

Треска прекрасна, когда ее плоть раскрывается белыми лепестками. Ален Сендеранс. В детстве меня раздражало слово треска. Во-первых, мама не умела ее готовить и мы эту рыбу не любили. Вроде...
11:25
Блестящий, умный Афоризм красиво ухаживал за прелестной, тонкой Шуткой. Последняя отвечала Афоризму взаимностью, и постепенно их отношения переросли если не в роман, то в короткий юмористический...
10:30
Однажды Мастер шёл со своими учениками по дороге. Они увидели, как крестьянин пытается вытянуть из ямы вола, который случайно свалился туда, но сил ему явно не хватало. Крестьянин не оставлял...
10:25
Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie, согласно Политике конфиденциальности.